Причиной этому стали высокие дневные температуры воздуха в регионе. Однако, согласно народным приметам, повторное цветение предвещают холодную зиму.

Было бы поближе, я бы уже давно сьездил

В Читинской области завершено расследование уголовного дела по факту массовых безпорядков в селе Харагун Хилокского района, произошедших в мае 2006 года. Как сообщает пресс-служба прокуратуры Читинской области, областной прокурор утвердил обвинительное заключение и дело направлено для рассмотрения в Хилокский районный суд.

Как утверждают следователи прокуратуры, «17 мая 2006 года в селе Харагун были совершены погромы 19 азербайджанских семей, в которых принимали участие местные жители. В ходе массовых безпорядков были подожжены и разграблены дома, похищены золотые украшения, бытовая техника и предметы одежды. Помимо этого сожжены и повреждены семь грузовых и 10 легковых автомобилей. 12 выходцам из Азербайджана причинены телесные повреждения различной степени тяжести, в результате которых один человек умер. Участники массовых безпорядков применяли огнестрельное охотничье оружие, психическое и физическое насилие к потерпевшим».

Потерпевшими по уголовному делу признаны более 40 человек.

Напомним, что события в Харагуне спровоцированы бездействием местных властей, милиции и прокуратуры по пресечению откровенно бандитского поведения азербайджанцев в селе. Продажа спирта и наркотиков, воровство леса, оскорбление местных жителей, неоднократные попытки изнасилования, в том числе несовершеннолетних, избиения наемных рабочих, хулиганство и вызывающее пренебрежение традиционными нормами общежития и законами России — все это и вызвало стихийный протест местных мужиков. Неоднократные обращения жителей в органы власти, милицию и читинские средства массовой информации не дали никаких результатов.

Но когда терпение сельчан лопнуло, опять же по причине вызывающе хамского поведения азербайджанцев, и они по-своему решили проблему наведения порядка в родном селе, то их же за это и арестовали а теперь еще собираются судить.

При этом следствие с самого начала пошло по пути «двойных стандартов». Азербайджанцев, естественно, отпустили восвояси, на свидетелей все время оказывалось давление, факты фальсифицировались, неугодные следствию свидетельские показания игнорировались.

Дела против русских жителей села Харагун Хилокского района Читинской области сфабрикованы с целью снять ответственность за происшедшее с местных органов власти, милиции и прокуратуры.

Скажите любому непредвзятому человеку: «В местах компактного проживания азербайджанцев в Читинской области криминогенная обстановка нормальная, милиция и органы власти нисколько не коррумпированы, а все конфликты возникают из-за хулиганства местного русского населения». Вас сразу назовут идиотом и будут совершенно правы.

Как поведал старший следователь Следственного управления Следственного комитета при Генеральной прокуратуре РФ по Читинской области и Агинскому Бурятскому автономному округу Петр Эрнстович Хавкин, обвинение предъявлено 32 лицам в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 212 (участие в массовых безпорядках, сопровождавшихся насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия), в том числе девятерым из них по ч. 4 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего), двоим — по ч. 3 ст. 212 УК РФ (призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым безпорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами), им вменяется причинение ущерба на сумму свыше двух миллионов рублей.

Безсовестность и предвзятость россиянской антирусской власти и ее прокуратуры просто поражает. Дела фабрикуются как при большевицких тройках и результат работы таких «следователей» предсказуем на 100%. К сожалению, предсказуем и результат рассмотрения дела в районном суде.

Со своей стороны мы можем заявить, что если харагунцев и засудят, то сделать это «по-тихому» мы не дадим. Мы рассчитываем на помощь всех русских организаций в распространении правдивой информации по этому делу.

Пресс-служба Читинского отдела Союза Русского Народа
http://srn.megalink.ru/

Как в капле воды – отразилась нынешняя русская самопогибель в двух типичных бытовых событиях, случившихся в Забайкалье, в Читинской области, в поселке Приаргунск.

Страшен культ Золотого Тельца! Страшнее нет. Господь Бог не остановился перед уничтожением допотопного человечества, настолько богопротивно растление. И когда древние евреи совратились и предались пляскам и халяве и забыли свой долг перед Богом, то Моисей приказал правоверным левитам пройтись по стану из края в край и рубить всех подряд, не различая близких и дальних, родных и соседних. А сейчас погрязла в самопредательстве наша Родина, и рассыпался народ, и другие народы заполняют образовавшийся вакуум. Кара неотвратима и уже свершается.
Наивные русопяты уверяют, что русских - 86 или чуть ли не 90 % в России, и потому, дескать, русские являются «государствообразующим народом». Вранье! Были когда-то, а сейчас рассыпались, и пусть формально нас ныне ещё 85-90 % - на самом деле нас почти 0, другие нас сильнее. Десятки этнических русских солдат не могут сплотиться и дать отпор нескольким сплоченным кавказцам. И слабых бьют все, кому ни лень. И с этим ничего не поделаешь – таков закон природы. Дарвина ещё никто не отменил. Чтобы тебя не били – надо самому быть сильным, надо уметь сплачиваться. Такого у нынешних русских нет даже близко. Мы в последние недели провели десятки встреч и бесед, надеясь вовлечь в нашу артель «Вместе за одно» одного-двух орговиков. Тщетно! Перевелись самоотверженные на Руси.
Как в капле воды – отразилась нынешняя русская самопогибель в двух типичных бытовых событиях, случившихся в Забайкалье, в Читинской области, в поселке Приаргунск. Таких событий много происходит в Центральной России, на окраинах, в воинских частях. Рассыпанные русские не в состоянии дать отпор более сплоченным представителям других этносов. Вот в четверг 14 октября 2004 года газета «Московский комсомолец» в материале Елены Павловой «К жизни не готов: Родителей погибшего солдата убеждают, что их сын - самоубийца» (http://www.mk.ru/numbers/1320/article40673.htm):
«Дорога в войсковую часть была тяжелой: пятеро суток в плацкартном вагоне - из Алтайского края в Читинскую область. Но Светлана Михайловна Фомовская очень волновалась за больного сына, за Женьку, которого лишь пять недель назад проводила в армию. Вместе с сестрой она не раздумывая отправилась в нелегкий путь...
Уже в дороге ее настигла страшная весть. Из части сообщили, что сын “покончил жизнь самоубийством”...
Женя, Женечка… Здоровяк баскетбольного роста, умничка с открытой улыбкой, балагур и душа компании...
Что было потом, когда Светлана Михайловна наконец добралась до части, она помнит очень хорошо, хотя едва держалась на ногах от горя. Был пьяный судмедэксперт, грубый командир и еще какие-то “начальники”, твердившие, что “она ничего не докажет”.
И тело сына — в синяках и ссадинах...
Был еще солдат-дагестанец, который бросил ей в лицо: “Это наш подарок русской матери…”
В городке Яровое (Алтайский край) о Женьке говорят так, словно он был святым. Не потому, что его больше нет, - потому, что это правда. Жизнерадостный, целеустремленный. Богатырь - рост 196 см, мужественные черты лица, атлетическое сложение. Учился, как говорят школьные педагоги, “в полную силу своих возможностей”. На субботник - он первый, на соревнования - тоже. Увлекался техникой, любил семейные “Жигули” и ни дня не мог прожить без компьютера.
В армию Женя напросился сам. Для того, чтобы попасть в нынешний весенний призыв, он экстерном сдал госэкзамены в училище и получил диплом программиста. 31 мая 2004 г. ему устроили веселые проводы. На фотографии, сделанной друзьями, стриженный под машинку Женька широко улыбается. Тогда все улыбались...
Через три дня рядовой Фомовский позвонил из Барнаула и сказал, что сегодня их повезут куда-то “за пять тысяч километров”.
- Я очень удивилась, - вспоминает Светлана Михайловна. Сейчас она уже может говорить о сыне, хотя нет-нет да и задрожит голос... - Женю ведь обещали оставить служить в военкомате в Барнауле - компьютерщиком у генерала. И печать об этом поставили в военный билет...
Его отослали почти за три тысячи километров, в город Приаргунск Читинской области: погранвойска, часть 2018. 30 июня мать впервые поговорила с Женей по телефону. Он сказал, что в дороге его продуло и он неважно себя чувствует. Мать наказала, чтобы он обратился в медпункт, на что сын заметил: “Здесь пока не упадешь, врач тебя не примет”. И еще он сказал, что берцы ему выдали 44-го размера. Мать остолбенела: “Как же в них можно ходить? У тебя ж 46-й?! Да еще портянки, поди, наматывать приходится. Значит, 47-й тебе нужен!”
Она никак не могла понять, как можно ходить в обуви на два размера меньше, да еще бегать пятикилометровый кросс?
- Не подумайте, он не жаловался, - вздыхает Светлана Михайловна. - Он со мной бодро разговаривал, просто рассказывал новости. Я еще три раза ему потом звонила, он говорил, что чувствует себя все хуже, поднялась температура, начал задыхаться. Я не выдержала, сказала, что скоро приеду к нему вместе с сестрой, привезем лекарства. Да и с обувью вопрос как-то решим. Он очень обрадовался.
Наготовили еды, таблеток закупили и - поехали. Из Барнаула до Читы - четверо суток. Там пересадка. И еще 500 км до части... Светлана Михайловна решила позвонить домой, сказать, что жива-здорова. И услышала страшное известие...
- Жени больше нет, - сказал, едва не рыдая, муж. - Полчаса назад пришла телеграмма, что он покончил жизнь самоубийством...
Странное дело
В Приаргунске женщины попытались сразу же попасть в морг, но военные, встретившие их в части, повели себя странно. Они явно тянули время. Говорили: поешьте, чайку попейте - а о трагедии ни слова. Только после того, как командиру подтвердили, что вскрытие тела произведено, им наконец разрешили поехать в морг.
- Нас встретил абсолютно пьяный мужчина, - возмущается Светлана Михайловна. - Представляете, это был судмедэксперт, только что делавший экспертизу! Да разве он что-то мог разобрать в таком состоянии?
Они сами взялись осматривать тело. С ужасом и слезами. Но это было нужно - чтобы сравнить результат собственного осмотра с заключением эксперта.
- Женя был весь в синяках. - Голос матери дрожит от страшных воспоминаний. - Голова распухла, на затылке вмятина, задняя часть головы багряного цвета. Прикушена губа... Пальцы рук были крепко сомкнуты. На теле мелкие раны... На шее - следы от чьих-то пальцев, на плечах тоже. На левой руке у него были две глубокие раны по 4,5 см. С правой стороны спины еще три раны. Половые органы, извините за подробности, багряно-красные, с фиолетовым оттенком, распухшие. В паху с обеих сторон большие круглые зеленовато-синюшные пятна. Ноги в язвах... Подушечки пальцев на ногах словно срезаны лезвием, на одном пальце кость проглядывает - наверное, из-за этих берцев проклятых!
Надо ли говорить, что ничего подобного в акте экспертизы не было. Даже цвет волос эксперт Прозоровский перепутал: написал “темные”, а они у Жени были светлыми.
Фомовских сопровождал подполковник юстиции Дуняшин - заместитель военного прокурора Забайкальского регионального погрануправления ФСБ РФ (сокращенно ЗабРПУ. - Авт.). Ему-то женщины и высказали категорично: Женю убили и повесили. И кто-то очень сильно хочет скрыть факт преступления.
Ответ подполковника обескуражил Светлану Михайловну и ее сестру: “А вы докажите, что побои есть!” И добавил: мол, тело родителям вообще могут не отдать. Или вернут, когда оно “забулькает”.
Казалось бы, что за бредовые угрозы? Но тело им действительно долго не выдавали. Уже позже Светлана Михайловна догадалась, почему это делали. Ведь и впрямь ждали, чтобы оно “забулькало” и “потекло” - тогда уже не видны будут синяки и прочие следы побоев... Командование части вообще настаивало на том, чтобы захоронить Женю на заставе.
Четыре дня провели Фомовские в Приаргунске. Чтобы попасть в часть, им приходилось буквально отлавливать машину командира у ворот - иначе их не пропускали. И еще запрещали разговаривать с сослуживцами Жени, солдатами-срочниками. И все же Светлане Михайловне удалось кое-что узнать.
Оказалось, что в этой части служит группа дагестанцев, весьма враждебно настроенных к русским. За пару недель до гибели Жени они устроили грандиозную разборку, в которой участвовало в общей сложности около 120 солдат. Обычно после таких драк, которые там не редкость, к части подтягиваются земляки этих самых дагестанцев - с рынков, базаров... Командир части Алдашкин об этом знает и, говорят, именно поэтому постоянно ходит с оружием и с охраной: опасается за свою жизнь.
Узнали женщины и некоторые подробности гибели Жени. Рядового Фомовского недосчитались на построении 9 июля, а когда стали искать, обнаружили повешенным на территории полевого учебного центра, в полуразрушенном здании. Он “висел” на ремне, но при этом его ноги… твердо стояли на земле.
Фомовским показали место трагедии. Разум матери отказывался понимать произошедшее. Даже если Женьке было очень трудно в армии, разве стал бы он вешаться к ее приезду? Напротив, он ждал ее с нетерпением...
От этих мыслей Светлану Михайловну отвлек юнец-дагестанец.
- Это наш подарок русской матери... - прошипел он и быстро отошел в сторону. Тут же вспомнила она разговоры, что дагестанцы в части дерутся с русскими ребятами, и только руками всплеснула: ну почему именно Женька?!
Позже родители получили официальное письмо из прокуратуры, где им сообщили, что “факты притеснения русских солдат дагестанцами являются надуманными”. Что же касается пьяного судмедэксперта, то про него в письме тоже упоминалось. Дескать, он действительно выпил, но уже после завершения экспертизы.
Лишь 13 июля Фомовским наконец-то позволили забрать сына. Все это время труп находился хоть и в холодильнике, но при температуре +10. Так что все прогнозы о его состоянии сбылись.
После этого мать долго умоляла “господ офицеров” помочь найти ей рефрижератор, чтобы отвезти тело сына домой. За ее же собственные деньги! И получила циничный ответ: “Никто не хочет везти “груз-200”. А узнав, что Фомовская собирается сделать повторное вскрытие, чтобы точно установить причину смерти сына, добавили: “На повторное вскрытие нужно разрешение, а его вам здесь никто не даст. Езжайте домой, хороните, потом добивайтесь эксгумации и тогда попробуйте доказать, что его убили...” И про берцы эти злосчастные говорили, что он “сам такие просил”. Даже написали официальную бумагу, что Евгений “скрыл от командования факт получения со склада обуви несоответствующего размера и никому об этом не доложил. При поступлении от него жалобы на тесную обувь ему незамедлительно была бы выдана обувь подходящего размера...”
Тело Жени все же удалось вывезти из части. Женщины сами одевали покойного, сами сколачивали внутренний - под цинк - гроб. Сами договаривались с работниками багажного отделения поезда. И билеты покупали за свой счет.
Правда, от части женщинам все же выделили сопровождающего. Но толку от него не было совсем. Более того, в Чите сопровождающий вообще задержал отправку гроба, и цинк целый день простоял на перроне, на виду у всего честного народа...
Для Фомовских же каждая минута промедления была как нож в сердце: они торопились сделать экспертизу. В итоге Жениной маме совершенно немыслимым образом удалось провести вскрытие... по дороге домой.
В Новосибирске Светлана Михайловна добилась проведения “гражданской” экспертизы. Вскрытие делали профессора в присутствии сестры Светланы Михайловны. Она потом рассказывала, что эксперты были в шоке, увидев ноги Жени: “Проще было отрубить себе пальцы на ногах, чем каждый день испытывать такую боль”. И в бронхах у него обнаружили очень много слизи - результат приличного бронхита.
Но беда в том, что второй акт исследования родственникам на руки не выдали, потому что прокуратура не признает Фомовских потерпевшей стороной. И сделать так, чтобы компетентные органы “почувствовали разницу”, они не могут.
“Грубый эгоизм”
В конце августа нынешнего года в Яровом - городке, где каждый друг друга знает, - появился неизвестный мужчина. Говорил, что приехал из Читы, из прокуратуры. Документов никому не показывал, но уговаривал друзей и знакомых Евгения Фомовского дать показания, что у погибшего парня якобы был большой денежный долг и уголовное прошлое. Ребята отказывались, но человек все равно аккуратно записывал: “Были незначительные денежные долги”. Сами же друзья и знакомые Жени и рассказали об этом его родителям.
9 сентября Фомовские получили два письма. В одном - из прокуратуры ЗабРПУ - сообщалось, что уголовное дело по факту гибели их сына прекращено. Второе было от заместителя начальника пограничного Управления ФСБ России по Республике Бурятия и Читинской области Анисимова - с соболезнованиями. Оно звучало так:
“Мне как отцу понятна Ваша боль. Но я не могу как должностное лицо не высказать Вам нескольких критических замечаний в отношении воспитания Евгения. Не обижайтесь, пожалуйста, на мою прямоту. При хороших внешних данных, Вы сына воспитали не готовым к самостоятельной жизни. При кажущейся физической силе Евгений не мог выполнить ни одного норматива по физической подготовке, не смог перенести все сложности и трудности пограничной службы... Сослуживцы Евгения часто слышали разговоры, что он хочет любым способом комиссоваться. Он высказывался, что Вы его увезете домой. Подобное поведение характерно для эгоистов. Русская православная Церковь и психиатрия именуют такое поведение как “грубый эгоизм”.
В редакции есть характеристики из школы и лицея, где парня знали не один месяц, как в армии, а многие годы. Так вот, Женя был “физически крепкий, посещал спортивные кружки, участвовал в спортивной жизни школы”...
А выполнять нормативы в ботинках на два размера меньше, с температурой и бронхитом, - действительно трудно.
P.S. Комментарий “МК” дал заместитель военного прокурора Федеральной пограничной службы ФСБ России генерал-майор юстиции Евгений ЛЕОНОВИЧ:
- Постановление о прекращении уголовного дела о гибели рядового Евгения Фомовского военной прокуратурой Забайкальского регионального погрануправления ФСБ России в порядке надзора отменено, и следствие по нему возобновлено. Ряд доводов, которые приводят в своих обращениях родители Евгения, требуют проверки следственным путем. В ходе следствия будут тщательно проверены все возможные версии гибели рядового Фомовского. О результатах мы сообщим».
Насчет драк в воинских частях между русскими и кавказцами – не совсем верно. Судя по опубликованным материалам, драки нет, а есть избиение русских солдат маленькой группкой сплоченных кавказцев. Поскольку русские не могут создать группу самозащиты, они обречены, и поделом. Хочешь выжить – сплачивайся. Не могут нынешние русские сплотиться – им не уцелеть, ибо так устроен мир.

продолжение статьи в следуещем сообщении...

Из того же Приаргунска сообщает газета «Газета» об избиении десятков русских школьников несколькими кавказцами в бесхитростно-правдивом материале Дмитрия Соколова-Митрича «Урок даргинского: дагестанцы устроили погром в одной из школ Читинской области» (Газета, Москва, 12 октября 2004 года, № 189 /725/, стр. 1, 6):
«В поселке Приаргунск Читинской области случился свой маленький Беслан. Дагестанцам, торгующим на местном рынке, показалось, что ученики местной школы неуважительно относятся к их детям. Стремясь к «восстановлению справедливости», они ворвались в один из классов и прямо во время урока устроили погром. Учеников и учителей избивали руками, ногами и железными стульями. Без трупов обошлось лишь по счастливой случайности. Из 27 нападавших задержаны только трое, им предъявлено обвинение в хулиганстве, и, скорее всего, дело закончится вынесением условного приговора.
«Они считают себя голубой кровью»
Приаргунск - райцентр, расположенный в 600 километрах от Читы. Кавказские нотки в названии - чистое совпадение. Поселок назван по имени реки Аргунь, по которой здесь проходит граница между Россией и Китаем. До Китая отсюда 30 километров. По ту сторону границы находится китайский город Маньчжурия. Десять лет назад в нем жили 24 тысячи человек, теперь - в десять раз больше. А в Приаргунске как было 9 тысяч, так 9 тысяч и осталось. Китайской экспансии здесь почему-то не боятся. Граждан КНР в самом Приаргунске не больше ста, из них большинство - гастарбайтеры и челноки. Постоянных жителей - единицы.
«Китайцы - трудяги, - рассказал мне глава администрации района Сергей Пичкуренко. - С ними никаких проблем нет. Мы их, наоборот, сами сюда подтягиваем. Они молчат и вкалывают. Такие арбузы выращивают,
что и в Астрахани таких не ели. Недавно начали пластиковые окна выпускать. Я надеялся, что, глядя на них, и наши научатся работать, но пока, к сожалению, этого не происходит.
Дагестанцев у нас проживает 140 человек - они тоже люди активные. Когда начали тут чабанить, животноводство в районе в считанные месяцы подняли. Но потом с ними начались проблемы. На местном рынке с ними никто ужиться не смог. Они просто заставляли всех торговцев продавать товар им, а сами потом устанавливали те цены, которые им нужны. Китайцам пришлось уйти торговать в другое место, сейчас решается вопрос о том, чтобы русских торговцев с дагестанскими тоже разделить. Мне вообще-то все равно, кто ты по национальности, лишь бы работал. Но в поселке против них растет недовольство, и не замечать этого я не могу».
О том, что дагестанцев (точнее, даргинцев) надо «гнать из города», нам рассказали еще в поезде Чита - Приаргунск. Пока добрались до администрации, услышали об этом раз десять. Последний раз - от вахтера районо. «У нас в поселке живут 20 национальностей, - свое имя вахтер назвать побоялась, в Приаргунске вообще на эту тему люди предпочитают говорить анонимно. - Буряты, татары, армяне, киргизы, азербайджанцы... Но проблемы почему-то только с даргинцами. Они впервые появились здесь в начале девяностых, когда с нашей территории сняли статус пограничной зоны. Сначала вели себя тихо, но как только их стало много, начали наглеть. Приторговывают спиртом, наркотиками, на улицах ведут себя вызывающе. Чуть что - сбиваются в стаи и начинают диктовать всем свои законы. У этих даргинцев какое-то врожденное чувство превосходства над остальными, они считают себя голубой кровью, наверное. Понятия общей справедливости для них не существует. То, что хорошо для даргинцев, справедливо. Что нехорошо - то несправедливо. Им все время кажется, что их притесняют, хотя сами уже весь рынок оккупировали. Вон, китайцев даже выперли».
Кто же такие даргинцы? Это – один из народов Кавказа, и их презрение к русским естественно, поскольку нельзя не презирать тех, кто, находясь в большинстве, не способен дать отпор. Помню, как я переживал, когда русские без всякого сопротивления бежали из Баку, хотя они составляли там более половины жителей, или из Казахстана, хотя там их было больше казахов. Помню, как возмутился я убийством атамана сунженских казаков Подколзина и, взяв заточку, поехал в Чечено-Ингушетию устанавливать справедливость, но ни в Москве не удалось собрать мстителей, ни на Сунже не нашлось хотя бы несколько смелых русских из более чем 40 тысяч сунженских казаков, и я в бессильной ярости вынужден был под вайнахским эскортом покинуть старинные русские земли на правобережье Терека. Ну не могу я собрать команду из нескольких пассионарных нынешних русских, хоть тресни! Учтите, в отличие от многих вумников, любящих мечтать о «величии России» и о её «исконной духовности» и силе, я обретаюсь в самом низу своего народа и воспринимаю его нынешнюю смертельную болезнь без иллюзий.
А даргинцы, дает справку «Газета», - это второй по численности после аварцев, но первый по значимости этнос среди множества национальностей Дагестана. Составляя 16,1% от общего населения республики (332 тысячи человек), даргинцы, по сути, являются правящим кланом, поскольку пост председателя Госсовета Дагестана занимает даргинец Магомедали Магомедов. По сложившейся традиции все ветви власти и сферы общественной деятельности в Дагестане строго поделены между разными национальностями. Поэтому круг возможностей у местных жителей сильно ограничен. Именно это обстоятельство гонит местное население, в том числе и самих даргинцев, за пределы республики. Около 100 тысяч даргинцев проживают в других регионгах России, нередко оказываясь замешанными в межэтнических конфликтах. До инцидента в Приаргунске самый громкий из них случился в селе Садовое Республики Калмыкия в начале сентября. Отказавышись платить налоги инспектору-калмыку, рыночный торговец-даргинец спровоцировал конфликт, который закончился погромом. Серьезные ранения тогда получили 9 человек.
Далее Дмитрий Соколов-Митрич повествует:
«Мы вернемся и всех вас перестреляем»
Спустя две недели после случившегося в Калмыкии в приаргунской школе № 2, прямо посреди урока истории, произошел погром. Учительница Елена Муратова до сих пор не может прийти в себя. Она помнит, что в тот день рассказывала школьникам про Русско-японскую войну. Когда дошли до Порт-Артура, в окнах класса показались разъяренные лица торговцев с рынка. Еще через минуту они ворвались в помещение. «Я попыталась их не пустить, но они меня грубо оттолкнули. Я поняла, что помочь ничем не могу, и побежала на второй этаж звонить в милицию. После моего звонка весь состав РОВД был поднят по тревоге».
О том, что происходило тем временем в школе, мне рассказала другой очевидец - учительница географии Екатерина Пахалуева. Ее кабинет - соседний с тем, в который ворвались погромщики. «Когда я услышала шум и топот в коридоре, я сначала подумала, что это рабочие-армяне, которые у нас делают ремонт, - вспоминает Екатерина Викторовна. - Но потом услышала крик Маргариты Кузьминичны Гринько, она в тот день была дежурным преподавателем: «Что вы делаете?! Остановитесь!!!» Я выбежала из класса, и толпа тут же увлекла меня за собой. Впереди шли человек 20 взрослых мужиков дагестанцев, за ними бежали еще 5-6 женщин. Когда я вслед за ними вошла в класс, Дима Черепанов уже лежал возле доски и несколько разъяренных даргинцев били его ногами. Рядом лежал сорванный с петель лоток для мела. Вот, видите, он теперь на одном гвозде держится. Особенно старался один такой невысокий и светловолосый. Ему, видимо, показалось мало обычных ударов, он запрыгнул на Диму ногами и стал скакать по нему, как будто хотел втоптать его в пол. Я попыталась загородить его собой, не помню, удалось это или нет. Но точно помню, что вместе с мужиками Диму били и женщины. Только одна, которая помоложе, кричала: «Перестаньте! Вас же всех посадят!»
«Если бы не мы, кого-нибудь из ребят точно убили бы, - продолжила рассказ Маргарита Гринько, та самая, которая в тот день была дежурным преподавателем.
- Я потом даже опознать никого не смогла, потому что не помню лиц, помню только ноги в черных ботинках. Пока часть даргинцев топтала Черепанова, остальные набросились на Сашу Федурина, Сашу Самкова и Дениса Жихарева. Именно этих четырех ребят даргинцы считали своими обидчиками. Федурина и Жихарева партами загнали вон в тот угол и просто стали забрасывать железными стульями. Когда я забежала в класс, Денис уже лежал под грудой стульев, Федурин с Самковым еще как-то оборонялись. Хотя, какое там оборонялись! Они просто закрыли головы руками, потом догадались отбиваться от летящих стульев уже упавшими на них стульями. Даргинцы все это время что-то громко кричали на своем языке. Когда они совсем рассвирепели, им было уже все равно, кого бить: мальчишек или девчонок. Я хорошо помню, как стул летел прямо в Кристинку Петухову. Ее спасло только то, что Саша Самков успел подставить руку. Все это продолжалось минут пять. Потом их женщины стали кричать: «Милиция приехала! Милиция приехала!» И они бросились из класса. Один немного задержался, чтобы крикнуть по-русски: «Если вы не усмирите своих щенков, мы вернемся и всех вас перестреляем!» Его-то и успели арестовать милиционеры. Остальные ушли через черный ход. На место происшествия приехала «скорая», четверым пострадавшим оказали первую помощь и засвидетельствовали легкий вред здоровью.
Когда врачи узнали, при каких обстоятельствах ребятам были нанесены ранения, они посоветовали им сходить в церковь и поставить свечку.Сегодня о случившемся 24 сентября напоминают лишь царапины и вмятины на классной мебели, раны на руках четверых учеников и пробоина в учебном стенде, посвященном декабристам. Стул, пущенный рукою одного из погромщиков, угодил прямо в цитату из стихотворения Пушкина: «Паситесь, мирные народы...»
«Это не наша конституция»
Причиной ярости кавказцев стал обычный инцидент между школьниками. Семиклассник-даргинец пожаловался своему дяде, что его обидел старшеклассник, и показал на Сашу Федурина из 11-го «В». Федурин считается одним из лучших учеников в школе. Он учится на 4 - 5. В дни самоуправления школы его назначают директором. Все учителя говорят, что просто так, из хулиганских побуждений, он ударить никого не мог. Разве что за кого-нибудь заступился. «В тот день после 4-го урока мы вышли на перемену, - рассказал мне сам Саша Федурин. - Стоим, никого не трогаем. Вдруг подходит ко мне взрослый даг, зовут Омар (Асхабов. - Газета), и говорит: «Ты зачем моего племянника обидел?». Я ему отвечаю, что не знаю никакого его племянника. Он меня ударяет в грудь, я ему даю сдачи. С ним были еще двое, они тут же включаются в драку. Мне на помощь тут же пришли Димка с Сашкой. В общем, отбились: один отскочил за забор и стал орать, что всех убьет и зарежет, а другие два куда-то убежали. Прозвенел звонок, и мы пошли на урок». «Это уже потом мы узнали, что те двое побежали к своим на рынок за подмогой, - продолжил Жихарев. - А учителя нам рассказали, что еще на предыдущем уроке жены этих даргинцев забрали из школы всех своих детей. То есть у них все было с самого начала спланировано. Сначала провокация на школьном дворе, потом - погром».
«Даргинцев - 10 человек, армян - 9 человек, бурят - 5, татар - 5, азербайджанцев - 2, башкир, киргизов, чувашей, мордвинов - по одному, - это директор школы Лариса Баженова перечисляет национальный состав учеников школы. - Всего у нас учится 1091 человек. Спросите у любого из родителей этих ребят, притесняет ли их кто-нибудь в школе. Все скажут: «Нет». Только даргинцам все время кажется, что их хотят обидеть. Причем ни один из них ни разу не пришел на родительское собрание и не сказал об этом прямо. Мамы еще иногда заходят в школу, и то лишь для того, чтобы решить какие-то вопросы индивидуально по ребенку, а отцы и вовсе еще ни разу с миром не приходили. Зря я все это вам говорю. Мне и так столько объяснительных в прокуратуру писать пришлось, что жить не хочется».
В мае прошлого года в школе № 2 уже был похожий инцидент. Пятнадцать даргинцев ворвались в кабинет директора и стали обвинять ее в том, что «их детей притесняют». «Началось все с сущего пустяка, - вспоминает Лариса Анатольевна. - Заканчивались уроки первой смены. Чтобы не создавать столпотворения, дежурные не пускали в школу учеников второй смены, пока здание не покинет первая. Все дети терпеливо ждали, один только мальчик даргинской национальности пошел на рынок и пожаловался взрослым, что его не пускают на занятия. Я пыталась тогда им это объяснить, но они и слушать не хотели. Им даже в голову не приходит, что кто-то из них может быть не прав, даже если этот кто-то - ребенок. Здесь у меня находился парень, который в тот день стоял у входа в школу и никого не впускал. Они попытались наброситься на него, еле удалось их остановить. Наконец, они ушли, но зачем-то разбили мой телефон».
Тут в кабинет директора зашел Юрий Мурзин, отец ученицы 11-го «В», председатель родительского совета класса. Он сам всю жизнь проработал в милиции, а когда вышел на пенсию, открыл в городе кафе «777». Когда речь зашла о правовой оценке случившегося, он не сдержался: «Тогда налицо была статья 213 - хулиганство. Лариса Анатольевна обращалась в милицию, там сказали: «Разберемся». Но даже дела не возбудили. Теперь они говорят, что не сделали этого потому, что никто заявления не подал, но это все отговорки. По этой статье можно возбуждать дело по факту, и никакого заявления не надо. Вот если бы в прошлый раз это не осталось безнаказанным, нынешнего погрома не было бы».
Того же мнения придерживаются все учителя школы. Многие после майского инцидента почувствовали в поведении учеников-даргинцев перемены к худшему. Правда, говорить об этом с журналистом учителя не решаются. Школьники пока еще не так пугливы. «Они стали вести себя более развязно, - говорит Саша Самков. - В прошлом году двое даргинцев девчонку побили, а когда за нее заступились, они опять к папам побежали. Папа тогда одному нашему по морде съездил, но это дело замяли. И так каждый раз: чуть что - на рынок, благо он рядом со школой. Этот рынок у них уже как охранное агентство. Когда учителя пытаются их увещевать, они лишь смеются. Нашему классному руководителю один даргинец ответил так: «Вы еще не знаете, с кем связались».
А месяца два назад всей школе стали известны слова одного даргинца из младших классов. Когда учительница стала рассказывать про Конституцию, а потом спрашивать, кто что понял, он на голубом глазу ей отвечает: «А мне папа не так говорит. Мне папа говорит, что это ваша конституция, а не наша конституция. А мы живем по своим законам».
«Главное, чтобы суд признал стул оружием»
Разговаривать с приаргунскими учителями оказалось тяжело не только из-за того, что они боятся даргинцев. Чтобы разговорить их, мне пришлось преодолевать обиду, которую они затаили на всех журналистов. Это случилось после того, как по читинскому телевидению сразу после погрома в школе передали: «Ничего страшного в Приаргунске не случилось. Двое коренных местных жителей подрались в школьном дворе с двумя учениками школы».
«Это был плевок в душу всей школе - и преподавателям, и ученикам, - возмущается Маргарита Гринько. - Местные жители никогда на такое не пошли бы, потому что они все учились в нашей школе и всех их воспитывали мы. Я не понимаю, почему, когда русские убивают таджикскую девочку или студента-африканца, министр внутренних дел Рашид Нургалиев берет это дело под личный контроль, а когда толпа дагестанцев избивает русских детей, об этом дальше нашего региона нигде не известно, да и тут все стараются сделать вид, что ничего не произошло?».
В оправдание своих коллег я смог сказать только то, что они лишь передали в эфир слова начальника пресс-службы областного УВД Алексея Короткова. Как и в случае с Бесланом, после происшедшего в Приаргунске правоохранительные органы с самого начала взяли курс на замалчивание серьезности конфликта. Сотрудникам Приаргунского РУВД, например, строго-настрого запретили общение с журналистами. Так что на контакт со мной пошел лишь прокурор района Валерий Люкшин, да и тот под конец разговора, похоже, пожалел об этом. «На сегодняшний день арестованы 3 человека - уроженцы села Герга Каякентского района Республики Дагестан Омар Асхабов, Рамазан Сулейманов и Тимур Саидов. Последний успел добраться до Читы, его сняли с поезда, когда он садился на московский поезд. Вообще все здешние даргинцы - уроженцы одного дагестанского села, и мы думаем, что большинство участников конфликта временно уехали на родину. Кто-то, может быть, отсиживается у своих соплеменников в соседних с нашим районах».
Впрочем, прокурор решил не рассказывать мне о том, что все нападавшие на школу были задержаны в тот же день, но через 3 часа в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса всех их отпустили. Причина - милиционеры не успели возбудить уголовное дело и провести опознание подозреваемых. Это была пятница, потом наступили выходные, и лишь в понедельник дело было все-таки возбуждено. К этому времени большинство погромщиков уже успели скрыться в неизвестном направлении.
Бывший милиционер Юрий Мурзин уверен, что это случилось потому, что правоохранительным органам просто лень было заниматься расследованием погрома в пятницу вечером. «Против этих троих возбуждено уголовное дело по статье 213 - хулиганство, - продолжает свой рассказ прокурор Люкшин. - Наказание по этой статье варьируется от условного срока до 7 лет лишения свободы. Если удастся доказать, что преступление было совершено по предварительному сговору и стулья признают предметами, использовавшимися в качестве оружия, то теоретически можно рассчитывать на максимальную санкцию. Стулья сейчас изъяты в качестве вещественных доказательств - вокруг них и разгорится главное сражение в суде. Но по сложившейся судебной практике реальные сроки по этой статье дают редко.
Лет 5 назад у нас уже было похожее дело с даргинцами. Тогда один из них, находясь в состоянии алкогольного опьянения, устроил драку в местном кафе. В тот день кафе работало на заказ - работники ЖКХ отмечали свой профессиональный праздник. Даргинца не пустили, ему это не понравилось, он позвал своих сородичей, завязалась драка. Двое были приговорены к условным срокам. Если у обвиняемых будут хорошие адвокаты, то и на этот раз, скорее всего, будет так же. Может возникнуть еще одна проблема. Они в последнее время на судах частенько делают вид, что не понимают русского языка. Члены местной диаспоры выступать в качестве переводчиков отказываются. Несколько раз нам удавалось привлекать в качестве переводчиков солдат-даргинцев из ближайших воинских частей, но потом что-то произошло, и они тоже начали отказываться наотрез. Вот такие дела».
«Я ударил о стену милиционера, и мне за это ничего не было»
На даргинском рынке тишина. Жители Приаргунска решили наказать своих обидчиков рублем. Родители строго-настрого запретили своим детям покупать что бы то ни было у даргинцев. Я сам слышал, как один папа говорил своей дочери: «Увижу с черными - убью». На мой вопрос, зачем он так, папа ответил: «Если их не могут выпереть отсюда правоохранительные органы, то выдавим мы сами. Просто лишим их возможности зарабатывать».
Впрочем, сами даргинцы считают, что их выдавливают из Приаргунска уже давно. Владелец магазина «Балтика» Казбек Муминов пользуется в общине авторитетом, к нему меня делегировали, чтобы я выслушал общую позицию диаспоры. На вид ему лет тридцать, он хорошо одет и говорит красиво. «Наши говорят, что все правильно сделали. Этих подонков давно надо было на место поставить. Если бы моего ребенка стали обижать, я бы вообще убил за это». «Может, все-таки сначала в милицию?» - попытался возразить я. Казбек нахмурился: «А что толку в милицию? Они же несовершеннолетние, им ничего не будет, штраф только. Мне вон один окно разбил - я выбежал в одних трусах, поймал. Жена уговорила сдать его в милицию - там его только пожурили и отпустили. А избил бы - хотя бы стекло вставил. Я, например, больше не буду в милицию обращаться. Так проще. В прошлом году мы толпу скинхедов в центре города разогнали. У меня 3 ножевых ранения было. Чтобы справку дали, мне пришлось милиционера о стену несколько раз ударить, и мне за это ничего не было. Нас тут все притесняют. Скинхеды кругом. Полковник из Читы приезжал недавно, мы с ним разговаривали минут 10, в итоге друг друга на х... послали и разошлись».
«Но если здесь столько скинхедов, почему они только даргинцам жить не дают? Китайцев, например, никто не трогает». Казбек нахмурился еще больше: «Китайцы за себя постоять умеют, с ними никто связываться не хочет. Даргинца обидеть легче». Тут в магазин зашел первый за полчаса покупатель. Услышав последние слова хозяина, он рассмеялся и тут же вышел обратно.
Казбек повел меня в квартиру своего друга. Познакомил с его сыном - Абакаром Долгатовым из 7 «А». У Абакара была забинтована рука. По его словам, ее ему сломали в школе на уроке физкультуры. «Это было в прошлую пятницу, через неделю после той большой драки, - рассказывает Абакар. - У нас в школе был день самоуправления. Учителем физкультуры был Тарас Ивачев из 11-го класса. Когда я отжимался, он ударил меня по руке».
«Мы тоже иск подавать будем, - закончил за Абакара Казбек. - Пусть дело по той же статье возбуждают». Я внимательно пригляделся к повязке на руке у Абакара - она была вовсе не большая. На перелом не похоже. «Лангетку-то, - спрашиваю, - давно поставили?» «Сразу же, в первый же день» - отвечает Абакар. Между тем любой врач знает, что лангетную повязку накладывают на перелом уже на стадии заживания. Так что в самом худшем случае у Абакара обычный вывих.
Из объяснительной ученика 7 «А» класса Константина Голобокова: «1 октября в день самоуправления школы на нулевом уроке я сидел в раздевалке спортзала, потому что в тот день у меня болел живот. Ближе к концу урока в раздевалку забежал мой одноклассник Абакар Долгатов. Споткнувшись о порог, он упал и поранил руку. Когда забежали остальные, один из ребят рассказал анекдот. Я громко засмеялся. Абакар подумал, что я смеюсь над ним, и больно ударил меня ушибленной рукой по почке».
«Не бойся, дочка, это хорошие нерусские»
Общешкольное родительское собрание. Среди прочих вопросов обсуждается и случившийся погром. Директор говорит, что проведено служебное расследование, то, что руку Абакару сломал Тарас Ивачев, не подтвердилось. Родители уверены, что даргинцы все это придумали, чтобы потом торговаться: «Вы заберите заявление на нас - мы заберем заявление на вас». «Они только и умеют, что торговать и воровать», - говорят друг другу родители.
Слово берет владелец «777», бывший милиционер Юрий Мурзин: «Товарищи, я еще раз вас настойчиво прошу, освидетельствуйте своих детей в поликлинике у невропатолога. Надо, чтобы признали потерпевшими не четырех человек, а весь класс. Иначе они могут добиться того, что наши ребята, которых они избивали, пойдут по обоюдной. Я серьезно говорю. Они же пытались защищаться - вот и скажут, что это была обычная драка в общественном месте, и мы сломаем ребятам жизнь. Все к тому и идет. Я свою дочь уже освидетельствовал. И между прочим, у нее сердцебиение после того случая зашкаливает за 120 ударов в минуту. Она теперь шарахается от всех черных. Недавно приходит домой бледная, говорит: «Папа, за мной на машине ехали какие-то нерусские». Когда она мне их описала, я понял, что это молдаване со стройки, и говорю: «Дочь, не бойся, это хорошие нерусские, ничего страшного». Разве это не психическая травма?
И не бойтесь быть требовательными к нашей милиции. Надо во что бы то ни стало добиться, чтобы хотя бы этим троим дали реальные срока. Такие люди должны сидеть. Они ничем не отличаются от тех подонков, которые были в Беслане. Если человек способен поднять руку на ребенка, то уже неважно, что в этой руке - стул или граната».
Родители одобрительно шумели, но на следующий день в поликлинику никто не пришел. Милицейский пост у входа в школу сняли. В РУВД сказали, что услуги вневедомственной охраны стоят 170 тысяч в месяц. Платите деньги - и будет вам охрана. Когда мы прощались с Димой Черепановым, он поднял руку в нацистском приветствии. Раньше он так не делал».
Повторяю – Дарвина никто не отменял. Предательский режим сомосы Путина со всеми своими «вертикалями власти» и «диктатурами закона» направлен против нас, и чтобы нам выжить как народу, необходимо сплачиваться и вместе за одно давать абсолютно-беспощадный отпор всевозможным нашим врагам и обидчикам. Нацистское приветствие Димы Черепанова – это первый шажок к сплочению.Пусть взрослые поколения уже не способны постоять за себя и своих детей. Вся надежда – на таких русских пацанов, как Дима Черепанов, на подрастающие поколения. Погиб в одиночку от рук нескольких дагестанцев русский богатырь и самородок Евгений Фомовский, как будто вокруг не было сотен других русских солдат. Увы, такова обыденность текущего момента русского самопредательства.
Но если бы в Москве сложилась команда из 10-12 русских орговиков-пассионариев – будьте уверены, несколько строгих воздействий на таких, как распаленные от безнаказанности даргинцы в Аргунске, быстро привели бы их в чувство, и не только в далеком Забайкалье, но и в центре России и даже на Юге. В своё время американцы на Юге организовали суды Линча, которые быстро сбили наглость с недавно освобожденных рабов. То были пассионарные американцы, а мы – давно утратившие кураж нынешние жалкие рассыпавшиеся русские.
И вот наша попытка создать ядро орговиков народного движения «Вместе за одно» захлебывается и буксует, потому что не находится русских людей, готовых пожертвовать несколькими часами своего времени в неделю и артельно биться за наш народ, ибо огромное большинство нынешних более или менее способных русских людей предпочитают вумничать и клеймить жидов, коммунистов, черных или либералов, чем палец о палец ударить ради организации Сопротивления. .. И от других народов имеем то, что имеем – презрение и глумление.
полный текст статьи

Численность этнических китайцев, постоянно проживающих на территории Читинской области, по сравнению с последней советской переписью населения 1989 года возросла в 35 раз. Об этом сообщил журналистам Виктор Дибирдеев, руководитель территориального органа Федеральной службы государственной статистики России.
По данным переписи населения 2002 года, итогами которой сегодня оперируют статистики, в Забайкалье постоянно проживало 3500 китайцев. Тогда как в 1989 году их в Читинской области всего 100 человек. Речь идет об официальных данных. Реальные показатели проникновения китайцев в Забайкалье гораздо выше. В 2007 году одних только строителей из Поднебесной в области трудится около 17 тысяч.
Стоит отметить, что численность коренных национальностей Забайкалья продолжает уменьшаться. Количество русских, постоянно проживающих в регионе, с 1989 года упала почти на 200 тысяч. Снизилась также численность украинцев, татар, белорусов и чувашей.

Алексей БУДЬКО

Недавний подрыв поезда «Невский экспресс» в Новгородской области вряд ли можно отнести к числу резонансных событий для Забайкалья. Подавляющее большинство жителей региона, даже не узнало, что на далекой от нас Среднерусской возвышенности произошел очередной теракт, чудом не ставшим кровавым.
А между тем удаленность от центра не должна позволять нам предаваться беспечности. Новейшая история Читинской области знает, по крайней мере, три очень серьезных ЧП на Забайкальской железной дороге, произошедших по вине человека. Два из них имеют отчетливый террористический окрас. Давайте вспомним, как это было.

Взрыв в Аге

Ранним утром, в 5 часов 47 минут 20 августа 1970 года на окраине станции Ага Оловяннинского района прогремел мощный взрыв. Грохнуло так, что во всем пристанционном поселке вылетели стекла, а по улицам упругим хлопком сжатого воздуха прошла взрывная волна. Жители увидели северо-западнее поселка черное грибовидное облако, очень похожее на ядерный взрыв.
Последствия взрыва были чудовищными. На его месте образовалась воронка длиной 45 метров, шириной — около 26, глубиной — четыре с половиной метра. Было уничтожено более ста метров железнодорожного пути. На расстоянии до километра по степи были разбросаны деформированные металлические части вагонов, рельсы, куски шпал.
Потом было установлено, что погибло 29 военнослужащих 131 военно-строительного отряда ЗабВО, казармы которого были расположены неподалеку от места взрыва. Еще 35 человек получили ранения.
Несмотря на то, что связь с Читой была прервана взрывом, через час о происшедшем стало известно в областном управлении КГБ. Сотрудники военной контрразведки быстро подсказали, что никакие военные грузы в тот день через Агу не проходили.
Практически сразу на место происшествия выехали офицеры Агинского окружного отделения, Карымского и Оловяннинского районных отделений УКГБ, сотрудники транспортной милиции и прокуратуры. Параллельно свое служебное расследование производили специалисты Забайкальской железной дороги.
На следующий день в Читинскую область спецрейсом прилетел следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре СССР М.М.Лякишев. От него в Чите узнали, что тогдашний министр путей сообщения страны имел беседу с генеральным секретарем ЦК КПСС Брежневым. Главный железнодорожник сообщил генсеку, что на Забайкальской железной дороге произошел взрыв ядерного боезаряда, который военные перевозили тайком от всех. По другим сведениям, Брежневу сообщили, что Китай нанес по территории Забайкалья ядерный удар.
Потрясенный Леонид Ильич дал задание председателю КГБ Юрию Андропову лично разобраться в происходящем. Последний, к своей чести, уже обладал первичной информацией читинских подчиненных и сообщил, что ядерный взрыв категорически исключен.
Один случай на миллион
Чтобы установить картину происшедшего потребовалось совсем немного времени. При следовании грузового поезда № 2886 на перегоне Остречная — Ага локомотивная бригада зафиксировала возгорание девятого вагона. Поезд остановили, не дотянув совсем немного до станции Ага.
Машинист с помощником разъединили головную и хвостовую часть состава. Горевший девятый вагон уже невозможно было отцепить от восьмого. После чего железнодорожники начали гудком подавать сигнал пожарной тревоги. Повод для сигнала бедствия был весомым. В вагонах № 8 и 9 находилось100,8 тонны гранулита АС-4, промышленной взрывчатки применяемой для горнорудной промышленности. Смертоносный груз шел в Забайкалье с завода из Узбекистана.
Сигнал тревоги услышали в батальоне военных строителей, который располагался неподалеку. И хотя до подъема оставалось еще полчаса, из военного городка на выручку бросилось 30 военнослужащих. А через минуту прогремел взрыв. Выжить удалось только одному военному строителю.
Специалисты НИИ, разрабатывающего взрывчатку, дружно утверждали, что взрыв гранулита возможен только от детонации. Следователей прокуратуры и управления КГБ дружно убеждали, что под Агой произошла диверсия.
Чекисты не отрицали ничего, пока не собрали достаточных доказательств. Было опрошено 200 человек, непосредственно участвующих в приеме, обработке, охране и движении вагонов с взрывчаткой. Версия закладки взрывного устройства в девятый вагон отпала сама собой.
Молодой оперативник Карымского отделения УКГБ Владимир Белоусов (ныне сотрудник службы безопасности Забайкальской железной дороги) предположил, что вагоны могли загореться от раскаленного осколка чугунной тормозной системы при торможении с крутого спуска, начинающегося от станции Бурятская. По документам на 9-м вагоне стояли композитные колодки, не дающие искр. А вот 8-й вагон действительно был оборудован чугунным тормозными колодками. Вдобавок ко всему он двигался с отключенными тормозами.
Сотрудники областного УГКБ предложили разработчиком гранулита АС-4 ответить: возможен ли его взрыв при загорании в замкнутом пространстве, например в вагоне? «Один случай на миллион», — ответили создатели взрывчатки. Именно этот роковой случай и произошел в тот момент, когда подбежавшие военные стали тушить пожар. Большинство погибших похоронили в Чите. В 1971 году на братской могиле был установлен памятник.

Дела последних лет

Следующий раз на Забайкальской железной дороге громыхнуло в июле 1994 года на перегоне Маккавеево-Дарасун. Перед локомотивом почтово-багажного поезда сработало радиоуправляемое взрывное устройство. С путей электровоз и следующие за ним вагоны не сбросило только по той причине, что рядом с дорогой находилась отвесная скала. Взрывом был сильно поврежден электровоз и несколько десятков метров пути. Машинист и его помощник были контужены взрывом, но не пострадали.
На расследование теракта, в свете зарождающегося чеченского кризиса, были брошены лучшие сыщики. Сотрудники госбезопасности и милиции опросили большое количество людей — практически всех «афганцев» из окрестных районов, железнодорожников, специалистов горнорудной отрасли. Зацепок не было ни каких. Личности подрывников установить так и не удалось. И вряд ли когда удастся. Впоследствии уголовное дело по факту взрыва было закрыто.

И, наконец, последнее ЧП на дороге произошло летом 2005 года. А вернее не произошло, а могло произойти. В территории Могочинского районе неизвестные разобрали часть главного хода Транссиба. Проходящий в это время поезд № 7 (Новосибирск-Владивосток) спасло только мастерство машиниста. Он заблаговременно остановил поезд перед отсутствующими рельсами. Никто из пассажиров так ничего и не узнал. «Автора» разобранного пути также установить не удалось.

http://extra.chita.ru/